Сайфулла Кади Башларов — религиозный деятель и миротворец (из опыта противодейсвтия политическому экстремизму в первой четверти XX вв. в Дагестане)

08 Сентября 2010 - Г.М. Курбанова - История экстремизма и терроризма
Оценить
(0 голоса)

Мир Халид Сайфуллах б. Хусайн Башлар ан-Ницубкри ал-Гази-Гумуки — Сайфулла Кади Башларов (1853-1919) родился в селении Ницовкра Казимухского округа (Гази-Гумук), столицы Казикумухского ханства.

Уже в молодости Сайфулла Кади подвергался гонениям со стороны российских властей, опасавшихся мусульманского повстанчества на Северном Кавказе. Как известно, в 1877 г. в Дагестане произошло восстание. Сайфулла Кади не являлся сторонником восставших и был недоволен этой акцией, хотя и стал невольным ее участником. По ложному подозрению в организации этого восстания и связях с согратлинским шейхом Абдурахманом он в 1878 г. был сослан в Казанскую губернию сроком на 11 лет.

В ссылке он сблизился с врачами из немецких колонистов Поволжья, у которых завершил обучение медицине. В 1904 году Сайфулла Кади Башларов создал общество «Единство мусульман» и был избран в царскую Государственную Думу. Тогда же посетил университет «Аль-Азхар» в Каире.

К учению и религиозной практике суфизма Сайфулла Кади приобщился в изгнании, где прошла большая часть его сознательной жизни. Его первым наставником был шейх накшбандийа-халидийа Хас-Булат ал-Кустаки (Костекский) — один из «заместителей» (халифа) знаменитого накшбандийского шейха Махмуда-афанди (1810 — 1877) родом из сел. Алмалы в Северном Азербайджане, по имени которого называется отдельная ветвь накшбандийи-муджаддидийи (иначе — накшбандийа-халидийа) на Северном Кавказе — махмудийа. Шейх Мухаммад-Закир ал-Чистави возвел его в ранг кадирийского наставника (мюршида).

После приезда в Дагестан Сайфулла Кади активно сотрудничал с Али Каяевым (1878 — 1943) в редактируемой им газете «Джаридат Дагистан» (араб. «Газета Дагестан») — общественно-политическом, литературном и научно-популярном еженедельнике, издававшимся на арабском языке в административном центре Дагестанской области — г. Темир-Хан-Шуре с 7 января 1913 г. по 21 марта 1918 г.

В августе 1907 г. З. Расулев дал Сайфулла Кади разрешение (иджаза) на деятельность в качестве шейха накшбандийи-халидийи и передал халат, принадлежавший, согласно традиции, четвертому «праведному» халифу и шейху братства Али ибн Абу Талибу.

Во время странствий по Поволжью и Северному Кавказу Сайфулла Кади сблизился в Татарстане еще с одним накшбандийским шейхом, не принадлежавшим к ветви халидийа. Это был Мухаммад-Салих ибн Абд ал-Халик ал-Иджави ал-Караман-хани (из сел. Кармановка?) ал-Ханафи ан-Накшбанди. Последний являлся также «заместителем» (халифа) шазилийского шейха из ал-Мадины саййида Мухаммад-Али Захири ал-Витри ал-Хусайни ал-Мадани. В марте 1915 г. он передал Сайфулле Кади иджазу на наставничество в качестве шейха тариката шазилийа в Астрахани, куда он поехал из Саратовской губернии, где отбывал ссылку за руководство антиписарским движением.

В Дагестане у Сайфуллы Кади появилось немало учеников. Его главным учеником стали Хасан Хилми (ум. в 1937 г.) из сел. Кахиб, которому он передал иджазу сразу трех братств — накшбандийи, шазилийи и кадирийи.

Сайфулла Кади не только был видным ученым и суфием, но и принимал активное участие в общественно-политической жизни Дагестана как миротворец. Он стал одним из учредителей Мусульманского союза, в 1905 г. был избран в его руководящие органы. По возвращению из первой ссылки в 1909 г. избран муфтием при Дагестанском народном суде в г. Темир-Хан-Шура и оставался на этой должности до 1913 г., когда вторично был выслан из Дагестанской области, на этот раз в Саратовскую губернию.

С первых же дней после возвращения в Дагестан Сайфулла Кади Башларов становится одним из организаторов и руководителей национально-освободительной борьбы против царских колонизаторов. В то же время надо особо отметить тот факт, что он сам не был противником ни русского языка, ни русской культуры, прекрасно понимал значение русского языка для развития дагестанцев. Он прекрасно знал русский язык, культуру и традиции.

Но в 1913 году Сайфулла Кади Башларов выступил против русификаторской политики царизма по вопросу языкознания, отстаивая интересы родных языков и арабского языка, на котором в Дагестане велось делопроизводство. По положению, утвержденному начальником Дагестанской области от 26 апреля 1868 года, сельский кади (дибир, будун) избирался обществом, утверждался начальником (царским офицером). Кроме использования религиозных обязанностей в руках кадиев находилось письмоводство по управлению каждым сельским обществом, составление решений и приговоров сельского суда, выделение книг для записи, сделок, договоров, заявлений на арабском языке. В отчете военного губернатора Дагестана было сказано, что «существующий порядок письмоводства на арабском языке устарел и способствует лишь произвольному контролированию действия администрации, так как русские незнакомы с арабской письменностью. Знание арабской письменности всегда составляло монополию весьма небольшого числа лиц, преимущественно мусульманского духовенства, в руках которого, в сущности, сосредоточилось делопроизводство по сельскому управлению и суду».

В журнале регистрации канцелярии губернатора Дагестанской области за №62 от 6 марта 1914 г. сделана следующая запись: «…господин губернатор Дагестана генерал-лейтенант Сигизмунд Вольский объявил населению государства, что он устанавливает после этого дня в сельских судах русских писарей для ведения всех дел, находящихся в судопроизводстве в сельских судах, на русском языке с назначением им жалования не менее 30 рублей…», которые должны были собирать с населения. У кадиев были отобраны книги по делопроизводству.

В связи с введением делопроизводства на русском языке, замены арабского языка русским в конце 1913 г., накануне Первой мировой войны по всему Дагестану прокатилась волна выступлений.

Агитационная деятельность мусульманских лидеров против решения правительства заметно подействовала на горцев, находящихся под сильным влиянием духовенства.

«Власть шейхов и мулл настолько сильна, — писал в своем отчете Военный губернатор Дагестанской области Сигизмунд Вольский, — что парализует вообще всякую попытку приобщить население к общему порядку государственной жизни, просветить его и сблизить с русскими интересами».

Отрицательная реакция духовенства объяснялась еще и его экономическими интересами. Введение русского делопроизводства в сельских обществах могло подорвать отчасти и материальную базу мусульманского духовенства, т. к. делопроизводство в сельских обществах вели кадии. Добровольно примириться с этим нововведением муллы и кадии не пожелали и приняли все меры к тому, чтобы воспрепятствовать проведению реформы. Кроме того, они сумели убедить население, что вслед за введением русского письмоводства последуют и другие реформы, а именно: введение воинской повинности, упразднение горских судов и адатов, всеобщая перепись для увеличения налогов и т. п., а также говорили об опасности, грозящей мусульманской религии, признаком чего являются гонения на арабский язык, на котором совершается служба в мечетях.

В советской историографии считалось, что «антиписарское» движение в Дагестане протекало под влиянием дагестанских революционеров Уллубия Буйнакского, Махача Дахадаева, Магомед-Мирзы Хизроева, Саида Габиева, имама Нажмутдина Гоцинского и др. На самом деле вышеперечисленные лица не имели особого влияния на «антиписарское» движение. Н. Гоцинский был одним из активных организаторов «антиписарского» движения, но не единоличным руководителем, как это хочет показать Х. Доного.

«Антиписарское движение» получило в Дагестане широкий размах. Во главе движения стоял политически образованный, светски эрудированный, безупречно знавший Ислам шейх трех тарикатов — накшбандийского, шазилийского и кадирийского Халид Сайфулла Кади Ницовкринский из Казикумухского округа. А.И. Османов высоко оценивает результаты деятельности горцев: «Была одержана победа, явившаяся результатом организованного отпора трудящихся царизму».

Кровопролитие не состоялось благодаря Сайфулла Кади Башларову. После отмены указа, царские власти стали преследовать организаторов и руководителей «преступления», главным из которых был Сайфулла Кади Башларов. В жандармском донесении от 29 апреля 1914 г. сказано, что «житель Ницовкра Казикумухского округа Сайфулла Башларов был изобличен в возбуждении населения против введения русского письмоводства в сельских обществах Дагестанской области и за это выслан 28 февраля 1914 года по распоряжению наместника на Кавказе в Казань сроком на 2 года». На самом деле он был сослан в Саратовскую губернию.

В 1915 г. Сайфулла Кади приехал в Темир-Хан-Шуру для продолжения работы муфтием Дагестана и Северного Кавказа.

После Февральской революции 1917 г. Сайфулла Кади стал членом Учредительного собрания, вошел в состав Дагестанского временного областного комитета.

Хорошие отношения у Сайфуллы Кади сложились с социалистами и большевиками и их дагестанскими сторонниками из числа либеральной мусульманской интеллигенции, такими, как М. Дахадаев, Дж. Коркмасов, У. Буйнакский, С. Габиев, А. Тахо-Годи.

После установления советской власти в Дагестане в 1918 г. его назначили заведующим Отделом духовно-шариатских дел Дагестанского военно-революционного комитета. В годы революции и гражданской войны Сайфулла Кади все свои силы направил на решение проблем и спорных вопросов в Дагестане мирным путем, стремясь предотвратить кровопролитие. Не раз в этом благородном деле ему сопутствовала удача. В то время видные политические и религиозные деятели Дагестана при решении сложных, серьезных вопросов, как правило, обращались к Сайфулле Кади, считались с его мнением и советовались с ним. Сайфулла Кади имел огромное влияние на духовенство и народ не только в Дагестане, но и за его пределами. Он заслуженно пользовался большим авторитетом и уважением в России и в странах Ближнего и Среднего Востока.

В 1917 г. Сайфулла Кади был руководителем Комитета по делам религий в Военно-революционном правительстве Дагестана, затем был избран председателем Шариатского суда Дагестана, а также выдвинут делегатом Государственной думы. Главной его целью было предотвращение кровопролития и гражданской войны в Дагестане. В этом направлении он сделал многое.

Он выступал перед народом и доказывал опасность военных действий против революционеров, вместе с Хасаном Кахибским входил в делегацию, которая решила предложить Нажмутдину Гоцинскому мир и сложить оружие. С этой целью он побывал в Костеке, Чиркее, Хунзахе, Согратле, Кази-Кумухе, Анди, Акушах и других местах.

Было известно и о его отношениях с шейхом накшбандийского тариката Али-хаджи Акушинским. В своих письмах Сайфулла Кади объяснял ему несовместимость с шариатом поддержки Гоцинского, который толкал народ на гражданскую войну.

После установления Советской власти в Дагестане в 1918 г. его назначили заведующим Отделом духовно-шариатских дел Дагестанского военно-революционного комитета.

Сайфулла Кади остается одним из наиболее почитаемых шейхов среди мюридов многочисленной ветви шазилийа в Дагестане. В 1990-е годы его именем были названы Исламский университет в г. Буйнакске и Исламский институт в сел. Комсомольское Кизилюртовского района Дагестана. В. г. Махачкале 28 июня 2008 года на привокзальной площади была открыта мечеть им. Сайфуллы Кади Башларова.

25 апреля 2008 года в Дагестанском Исламском университете в Махачкале состоялась Всероссийская научно-практическая конференция «Жизнедеятельность и духовное наследие выдающегося ученого-богослова и шейха накшбандийского, шазилийского и кадирийского тарикатов Сайфуллы-кади Башларова». Организаторами конференции выступили Министерство образования и науки РФ, Духовное управление мусульман Дагестана, Северокавказский университетский центр Исламского образования и науки, Институт теологии и религиоведения им. Мамма-Дибира аль-Рочи, Дагестанский институт языка, литературы и искусства.

Полиглот Сайфулла Кади Башларов хорошо владел семнадцатью языками, и на 6 языках свободно мог изложить свои мысли. Он оставил значительное наследие в области суфизма и медицины. Наиболее известные его сочинения по суфизму — «Канз ал-ма’ариф» («Сокровищница знаний»), «Мавакид ас-садат фи маратиб ал-вилайат» («Очаги саййидов в степенях святости»), «Мактубат Халид Сайф Аллах ли-фукара’ ахл Аллах» («Письма Халида Сайф Аллаха для нуждающихся в Аллахе»). В Рукописном фонде Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН хранится рукопись его практического руководства по медицине на арабском языке с пометками на русском, латинском и некоторых дагестанских языках.

Сегодня, когда обострились национальные, этноконфессиональные проблемы в России в целом и в Дагестане в частности, необходимо больше внимания уделять изучению жизни и деятельности таких великих дагестанцев, как Сайфулла Кади Башларов — выдающегося религиозно-политического деятеля, шейха трех тарикатов, мыслителя и миротворца.

 

Г.М. Курбанова,
ст. препод. каф.
физической географии ДГПУ

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить