Сущность и профилактика экстремизма и терроризма на северном кавказе

07 Ноября 2010 - К.М. Ханбабаев - Профилактика и противодействие экстремизму
Оценить
(15 голоса)

Из многих разновидностей экстремизма — политического, этнонационального, религиозного, уголовного, в России, на Северном Кавказе, на наш взгляд, наибольшее распространение получили религиозно-политический экстремизм и терроризм. Эксперты отмечают, что возникновение экстремизма и терроризма в нашей стране связано с размыванием традиционного общества и формированием модернизированного, ориентированного на либеральные ценности. Экстремизм и терроризм — явления, присущие кризисным этапам модернизационного перехода, который переживает Россия в современных условиях. Характерно, что завершение модернизационных преобразований во многом снимает основания экстремизма и терроризма. Хорошо иллюстрирует эту закономерность история стран Запада.

К основным факторам и причинам, существенно влияющим на формирование и развитие экстремизма и терроризма, относится взаимосвязь цивилизационных, экономических, социальных, национальных, конфессиональных и психологических факторов и причин.

Представителей религиозно-политического экстремизма и терроризма условно можно делить на идеологов современного джихада с всемирно известными именами и аналитические центры зарубежных спецслужб — это мозг проекта; международную террористическую сеть со своими базами, специалистами как чисто военными, так и по ведению психологических войн, тактикой и стратегией, с учетом конкретной этно-региональной привязки конфликтов — это как бы тело организации; третьими, но не по значению, а по условному обозначению можно считать — тех, кто занимается финансированием и прочим материальным обеспечением всей этой сложной системы. Можно с полным основанием предположить, что кроме всеобъемлющего глобального, существуют регионально привязанные экстремистские проекты для всех регионов и даже небольших анклавов с мусульманским населением. Одним из регионов распространения идеологии и практики религиозно-политического экстремизма является Северный Кавказ.

На Северный Кавказ экстремизм и терроризм в религиозно-политической форме начинает активно проникать около двадцати лет тому назад. Одним из важных факторов геополитического характера распространения исламского радикализма на Северном Кавказе является разносторонняя поддержка их деятельности извне многочисленными международными радикальными исламскими центрами, зарубежными культурно-просветительскими и благотворительными организациями.

Так, с конца 80-х — до 1999 г. на Северном Кавказе действовали филиалы международных благотворительных, просветительских, культурных организаций, таких, как Международная исламская организация «Спасение» (МИОС), «Беневоленс Интернешнл Фаундейшн»» (БИФ, штаб-квартира расположена в г. Чикаго, США), «Джамаат Ихья Ат-Турас Аль-Ислами» (штаб-квартира в Кувейте), «Лашкар Тайба» (штаб-квартира в Пакистане), «Аль-Хайрия», «Аль-Харамейн» («AL-Haramein Foundation» (образовательный центр в США), «Катар» (штаб квартира в Катаре), «Икраа» (штаб-квартира в Джидде (КСА), «Ибрагим бен Ибрагим» (штаб-квартира в Джидде (КСА) и др., финансируемых и направляемых Саудовской Аравией, Пакистаном, Кувейтом. Для них характерны практически открытая пропаганда панисламистских идей объединения всех мусульман региона для вытеснения России с Северного Кавказа, создания в северокавказском регионе исламского государства. По решению северокавказских судов в 1999-2000 гг. все они за активную поддержку, в том числе и финансирование исламских радикальных группировок и организаций, были закрыты.

Исламские радикальные структуры в Южном федеральном округе тесно связаны с радикальными исламистскими организациями за рубежом, за которыми просматриваются геополитические интересы, как государств исламского мира, так и ряда западных держав. Специальные службы и неправительственные организации этих стран стремятся обеспечить благоприятные условия для оказания выгодного им воздействия на развитие политической, экономической и религиозной ситуации в регионе в целом. Они рассматривают Северный Кавказ в качестве плацдарма для утверждения своего духовного и политического влияния и в других мусульманских регионах России.

Привнесенный в нашу страну с конца 80-х гг. XX в. при мощной финансовой и организационной поддержке из-за рубежа идеология религиозно-политического экстремизма стала агрессивной идеологией, питающей идеи радикального национализма и сепаратизма для целей, далеких от нужд абсолютного большинства населения Юга России.

Экстремизм и терроризм, как дестабилизирующие факторы порождает следующую систему рисков на Северном Кавказе и в РФ: внутриконфессиональные конфликты из-за конкуренции между исламскими группами, сектами; «диктатуру шариата» и распространение практики организованного социального насилия; превращение исламистских структур в инструмент вооруженного давления на правительство; воспитание у населения сектантской нетерпимости к «иному», антигосударственных, антироссийских, сепаратистских настроений.

Для предотвращения этих явлений необходимо твердое, но, в то же время, хорошо выверенное государственное регулирование хода исламизации на местном уровне, в том числе путем тесного взаимодействия властей и традиционных структур самоуправления — «джамаатов».

Первый этап распространения экстремизма и терроризма в России, на Северном Кавказе в религиозно-политической форме ваххабизма происходил еще в конце XIX — начале XX вв. Это происходило через религиозных мусульманских деятелей, выезжавших на паломничество в Саудовскую Аравию, и с другой стороны, через арабских миссионеров, приезжающих на Северный Кавказ. До настоящего времени потомки тех миссионеров живут на территории Чечни и Ингушетии. Однако широкого распространения идеология ваххабизма на Северном Кавказе в начале ХХ в. не получила.

Второй этап распространения религиозно-политического экстремизма и терроризма в России охватывает время с конца XX — по настоящее время.

В свою очередь, этот этап истории религиозно-политического экстремизма в России, на Северном Кавказе можно условно разделить на четыре периода. Первый период — с конца 80-х — до середины 90-х годов ХХ века можно охарактеризовать как латентное противостояние между сторонниками религиозно-политического экстремизма и традиционного ислама, которое не выходило за рамки дискуссий и касалось в основном религиозной догматики. В этот период происходит организационное оформление религиозно-политического движения, создаются партии (Исламская партия возрождения), организации (религиозно-политические, ваххабитские джамааты).

На втором периоде — середина 1990-х годов — до конца 1997 года — противостояние приобретает открытые формы, с обеих сторон звучат призывы к насилию и в ряде городов и районов Северного Кавказа происходят столкновения между сторонниками традиционного ислама и религиозно-политического экстремизма, в том числе и с применением оружия. Важно отметить, что официальные власти попытались урегулировать конфликт лишь в конце второго периода, пытаясь вначале мирном путем разрешить ситуацию. Проводимая государственными и муниципальными органами власти политика открытой поддержки Духовных управлений мусульман субъектов Северного Кавказа, представителей традиционного ислама в регионе, которые в абсолютной своей массе не восприняли религиозно-политическую экстремистскую идеологию, окончательно определило непримиримость экстремистской оппозиции в отношении государственной власти. Таким образом, начавшись как религиозный, конфликт лишь впоследствии перешел и в политическую плоскость, выразившись в попытке свержения государственного строя.

Третий период — переселение с конца 1997 года в Чечню религиозно-политической экстремистской оппозиции и вооруженное вторжение международных бандформирований в Дагестан в августе-сентябре 1999 года. В результате всенародного вооруженного отпора международные бандформирования были разгромлены. Был ликвидирован анклав религиозно-политических экстремистов в Карамахинской зоне Буйнакского района. 19 сентября 1999 г. был принят Закон РД «О запрете ваххабитской и иной экстремисткой деятельности на территории Республики Дагестан», запретившей пропаганду идеологии и практику ваххабизма в республики. Аналогичные законы были приняты в Ингушетии и Карачаево-Черкессии. Начался процесс восстановления конституционного порядка на территории Чечни.

Четвертый период начинается с 2000 года и продолжается по настоящее время. За это время легальные религиозно-политические экстремистские структуры в России были ликвидированы. Были закрыты филиалы многочисленных исламских международных благотворительных фондов, которые, по данным правоохранительных органов, оказывали значительную финансовую, материальную, организационную помощь религиозно-политическим экстремистским структурам на Северном Кавказе. Представители экстремизма и терроризма перешли к нелегальной деятельности. В последние годы на всей территории Северного Кавказа, России их структуры перешли к тактике «слепого» террора, в результате которого гибнут не только представители государственных и муниципальных органов власти, правоохранительных органов, но и простые граждане. Так, по данным правоохранительных органов РД, за период с 1999 г. по настоящее время при исполнении служебного долга погибло более 250 сотрудников дагестанской милиции и более 450 получили боевые ранения. Кроме того, в результате терактов от рук бандитов погибло более ста мирных жителей и около трехсот получили ранения.

Только в 2007 году в Республике Дагестан в ходе проведенных контртеррористических операций ликвидировано 53, задержано 77 членов бандподполья и их пособников, уничтожено 30 схронов с оружием и другим военным снаряжением. В 2008 году уничтожены 65 экстремистов, террористов.

В целом на достаточно активное распространение на Северном Кавказе идеологии исламского радикализма, религиозно-политического экстремизма существенное влияние оказали следующие условия: социально-экономический кризис, приведший к обнищанию широких масс; идеологический, духовно-нравственный и политический кризис; обострение межнациональных отношений; криминализация различных сторон жизни, коррупция, организованная преступность; неопределенность политики федерального Центра в отношении региона и отдельных субъектов; геополитические трансформации в регионе; низкий авторитет местного духовенства.

Анализ процессов, связанных с политизацией ислама на постсоветском пространстве, позволяет выделить три основных сценария развития ситуации: кланово-региональный (Таджикистан); властно-оппозиционный (Узбекистан, Чечня, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария); сценарий вовлечения во внешний конфликт (Кыргызстан).

При властно-оппозиционном сценарии политизации ислама это вероучение выступает как одна из форм антигосударственных, антирежимных настроений. Данный сценарий отчетливо проглядывается в крайне оппозиционной деятельности религиозно-политического экстремистского террористического движения в субъектах Северного Кавказа, главная цель которого — свергнуть конституционную власть. Здесь исламские лозунги были выдвинуты в качестве средства политической борьбы, но, встретив жесткое давление со стороны официальной власти, были вынуждены уйти в подполье. Не имея никаких шансов и желания участвовать в открытой политической борьбе за власть, религиозно-политическое экстремистское движение выбрало крайнюю меру политической борьбы — террор.

Подходящей идеологической почвой для религиозно-политической оппозиции оказался ислам, а единственным методом борьбы за власть — экстремизм и террор.

Среди исламских радикалов можно выделить несколько групп — идеологов, учителей-наставников, организаторов, полевых командиров, финансистов и рядовых членов. Такие исламские радикалы, как Шамиль Басаев, Хаттаб, Мовлади Удугов, Зелимхан Яндарбиев, Муса Мукожев, Анзор Астемиров, Багаутдин Магомедов, Раппани Халилов, Ясин Расулов, Расул Макашарипов и другие сыграли негативную роль в мобилизации религиозно-политического экстремизма и терроризма на Юге России. Религиозно-политический экстремизм не однороден — существуют три направления: умеренное, радикальное и ультрарадикальное. Если с двумя первыми течениями можно найти консенсус, то представители третьего направления не идут на компромиссы. Против них следует использовать всю силу закона.

Проблемы противодействия религиозно-политическому экстремизму и терроризму остаются актуальным для республик Северного Кавказа, других регионов традиционного распространения ислама в нашей стране.

За последние 20 лет государственные и муниципальные органы власти, правоохранительные органы северокавказского региона накопили большой положительный опыт противодействия религиозно-политическому экстремизму и терроризму. Большую работу по идеологическому противодействию исламскому радикализму в регионе ведут представители религиозных организаций, ученые, представители различных партий и общественных объединений. В администрациях городов и районов многих республик Северного Кавказа работают антитеррористические комиссии и комиссии по противодействию религиозно-политическому экстремизму и терроризму. На территории северокавказского региона по мере возможности контролируется реализация печатной, аудио-видео-продукции, способствующей активизации идеологии религиозно-политического экстремизма и терроризма.

Требуется комплексный подход к осуществлению противодействия религиозно-политическому экстремизму и терроризму, который включал бы в себя меры регулирующего, запретительного и профилактического характера. Как показывает анализ международного и национального опыта по противодействию религиозно-политическому экстремизму и терроризму, то наиболее эффективными в этой области мерами являются совершенствование правовой базы, укрепление и совершенствование деятельности спецслужб, усиление борьбы с финансированием религиозно-политического экстремизма и терроризма, а также активизация разъяснительной и пропагандистско-идеологической работы.

Считаем, что государственным органам Российской Федерации, Южного Федерального округа необходимо разработать комплексную систему противодействия религиозно-политическому экстремизму, направленному на подрыв безопасности субъектов региона, возбуждение социальной, религиозной, национальной розни, ненависти и вражды. Органам государственной власти, муниципальных образований следует уделять особое внимание воспитанию населения в духе этноконфессиональной толерантности, неприятия идеологии экстремизма и терроризма.

Государственным органам, общественным и религиозным организациям Северного Кавказа, Южного Федерального округа необходимо выработать комплексную программу мер, направленных на достижение этноконфессиональной толерантности, как основы межэтнического и межрелигиозного общения и согласия, сохранение и укрепление этноконфессионального пространства ЮФО, мирного сосуществования и сотрудничества различных народов и конфессий в рамках единого территориального и религиозного пространства Южного Федерального округа, Российской Федерации.

К.М. Ханбабаев,
ст. н. с. РЦЭИ ДНЦ РАН,
канд. философ. н., доцент

комментарии 

 
0 #1 ВАЛЯ 11.11.2011 19:33
;-)
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить